Омер Дельгадо
и
Государственный Эрмитаж
Первым в России создал музейную Службу волонтеров. Поводом для этого стало празднование 300-летия Санкт-Петербурга в 2003 году












Санкт-Петербург

Северная столица России. Город, в котором более 300 лет назад был открыт первый государственный общедоступный музей — Кунсткамера.



Родом из Эквадора. Выпускник Ленинградского политеха. Канд. техн. наук. До 2015 года — замдиректора нефтедобывающего предприятия в Пермском крае. Сейчас на пенсии, воспитывает внучку. Волонтер Эрмитажа с 2016 года
Омер Дельгадо

Дочке моих близких эквадорских друзей нужно было пройти практику в Эрмитаже, меня попросили помочь. Я сходил в Эрмитаж и узнал, что там есть Служба волонтеров. Переговорил по поводу землячки, а потом спросил: «А я могу участвовать?». И мне ответили: «Почему нет?»

Я предложил сделать акцент на фотографию. Для меня фотография — это хобби, для души, вроде кое-что получается… Я снимаю, делаю подборку фотографий, видеоотчет мероприятий и выкладываю на сайт. Моя семья смотрит эти фотографии, им нравится. Им нравится, что у их дедушки есть дело, что он ходит в Эрмитаж. А мне важно, что дело, которое я делаю, является нужным.
"
Ежегодно перед Рождеством музей организует коктейльную вечеринку специально для волонтеров. На этой церемонии я выдаю каждому Свидетельство о признании — диплом для гидов-волонтеров, наработавших определенное количество часов. Такое свидетельство может быть бронзовым, серебряным, золотым, платиновым. Волонтеры очень горды тем, что получили такую награду от музея.
- Линда Гуссенс (Linda Goossens)
координатор волонтерских программ в Монреальском музее изящных искусств (Канада)
Я живу недалеко от Эрмитажа, Михаил Юрьевич Кожуховский, руководитель Службы волонтеров, в нужный момент мне звонит — и я иду в Эрмитаж, как правило, на отдельное событие. Как прихожу с утра, так и до позднего вечера. Иногда заканчиваем в восемь, иногда даже в девять часов вечера.
Михаил Кожуховский, начальник сектора по работе с волонтерами Государственного Эрмитажа
«Музей нужно приучать к мысли, что волонтер будет помогать с энтузиазмом до тех пор, пока он чувствует, что в нем нуждаются. Изначально у нас так было построено, что мы — семья. Как в любой семье, есть старшие и есть младшие. Есть те, у кого есть какие-то ограничения по здоровью или что-то еще. Есть девочки, есть мальчики. Есть сильнее или крупнее. А есть те, кто, например, профессионально разбирается в каком-то деле. Волонтеры — это уникальное сообщество, дающее обратную связь, благодаря которой музей может развиваться»
Сейчас Эрмитаж мне еще более родной, чем раньше. Для меня праздник каждый раз, когда я иду туда. Есть ощущение, что в Эрмитаж не просто приходишь полюбоваться, как посетитель, как было раньше, — сейчас ты проходишь по своему пропуску, как частичка этого Эрмитажа, и что-то там важное делаешь. Я себя ощущаю счастливее оттого, что я часть этого музея. Раньше было как в театре — вы приходите, знаете, где ваше место, смотрите спектакль и уходите. А сейчас я вхожу сюда, как будто это что-то родное.
Есть отличительный знак, который нас, волонтеров, выделяет, и, если кому-то нужно ответить на вопрос или помочь, мы сразу откликнемся.

Мы общаемся близко с сотрудниками Службы волонтеров, там большие планы: анализируем ситуацию, как и что уже получилось и что будем делать. Мы обычно оказываем помощь другим отделам, проводим мероприятия. У каждого — свои задачи, которые нужно выполнить.

Мы отмечаем день рождения Службы волонтеров Эрмитажа пятого декабря. В прошлом году был небольшой спектакль, в котором участвовали мы сами. И господин Пиотровский пришел, поздравил нас и поблагодарил за работу. Это очень приятно. Это дает возможность понять, что у руководства есть понимание важности нашей деятельности. Потому что в предыдущие годы такого не было.
Хотелось бы, чтобы больше был контакт с руководством. Можно выделить какие-нибудь 15 минут в какой-то день, чтобы мы свои пожелания, благодарности и мысли могли прямо высказать руководству. Сделать как бы маленькую оперативку.

У руководства Службы волонтеров нет рычагов, которые могли бы стимулировать дисциплину или производительность. Поэтому здесь управление, как искусство, — управление на уровне души, для того чтобы люди вдохновлялись и давали результаты не хуже, чем если бы их труд был оплачен. Когда труд бесплатный и волонтер при этом должен получить удовольствие, это другая система управления. И волонтеру должны быть еще предоставлены условия для того, чтобы эту работу выполнить.
Я рад, что могу делиться своим опытом, беседовать с молодежью, которая там, в Эрмитаже. Когда я делаю свою работу и разговариваю чуть-чуть и с одним и с другим, что и как, делюсь своими мыслями, — для меня это важно.

У меня есть внучка, которой я занимаюсь. Когда она видит, что я одеваюсь более аккуратно, чем обычно, она говорит: «Ты пойдешь в Эрмитаж?». Я говорю: «Да». Ей пять лет, и она знает, что, если я не оказываю ей внимания, не занимаюсь ею, значит я иду куда-то, и это важно. Мы вместе с внучкой тоже иногда ходим в наш музей, особенно она любит День эрмитажного кота.
История записана Элиной Петровой.

Использованы фотоматериалы из личного архива волонтера и с официальных интернет-ресурсов музея.

Государственный Эрмитаж
Смотреть видео о волонтере
Made on
Tilda